Лекции по праву

Готовые рефераты, курсовые, дипломные работы по праву

 

Друзья сайта


Счётчики

Яндекс цитирования

Вопросы и ответы


Онлайн Заказ

www.lavcom.ru

434-591-373

89601320000@mail.ru

Поиск готовых работ


Онлайн Заказ

www.lavcom.ru

434-591-373

89601320000@mail.ru


Реклама

Уголовно правовая охрана гражданско правовых сделок

 
-> Статьи | |

Уголовно правовая охрана гражданско правовых сделок

Проблемы совершенствования законодательства
Существенной причиной недостаточной уголовно-правовой охраны отношений в сфере экономики является несовершенство диспозиций ряда уголовно-правовых норм, а в отдельных случаях и излишняя мягкость санкций за совершение преступлений, в том числе при наличии квалифицирующих признаков. Данный тезис применим и к ст. 179 УК РФ, предусматривающей ответственность за принуждение к совершению сделки или отказу от ее совершения, что является одной из причин, как нам кажется, достаточно редкого применения этой статьи на практике. Чаще всего это происходит из-за недоказанности в действиях лица признаков вымогательства.
Сложность в применении данной уголовно-правовой нормы, по нашему мнению, заключается в наличии в диспозиции оценочных категорий, ссылки на ст. 163 УК РФ, в отсутствии ряда квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков, а также в несоразмерности наказания, предусмотренного санкцией статьи, общественной опасности деяния. Немалые проблемы вызывает и использование законодателем словосочетания "существенный вред". Мы поддерживаем мнение М. Костровой, утверждающей, что "при использовании оценочной лексики в УК РФ возникает парадоксальная ситуация доминирующего положения усмотрения правоприменителей над принципом законности, который закреплен в ст. 3 УК РФ"(1).
При этом позорящие сведения могут быть самого различного характера, в том числе "изобличающими" в непрофессионализме, некомпетентности и т.д.
С учетом изложенного, по нашему мнению, редакция ст. 179 УК РФ в этой части может быть изменена, так как распространение сведений, указанных в данной уголовно-правовой норме, является шантажом. Этот термин используется российским законодательством применительно к принудительным действиям, а также применялся при описании вовлечения в занятие проституцией (ст. 240 УК) до внесения в статью изменений от 8 декабря 2003 г.
На наш взгляд, шантаж в российском уголовном праве имеет самостоятельное значение наряду с угрозами насилием и уничтожением или повреждением имущества. Использование термина "шантаж" в ст. 179 УК РФ более предпочтительно по сравнению с угрозами распространения сведений, могущих причинить существенный вред правам и законным интересам потерпевшего или его близких, по следующим основаниям. Во-первых, экономится законодательный материал, когда одним термином заменяется целое предложение. Во-вторых, использование данного термина более точно отражает сущность этого преступного деяния.
Указанный термин также может быть использован и для законодательной формулировки вымогательства.

Шантаж и принуждение к совершению сделки

Для правильного уяснения термина "шантаж" предлагается его законодательная дефиниция в виде примечания к ст. 163 УК РФ следующего содержания: "Под шантажом в данной статье и других статьях УК РФ понимается обещание распространения сведений семейного, коммерческого либо иного характера, которые потерпевший желает сохранить в тайне от окружающих". Данное определение на первое место ставит субъективную оценку потерпевшим характера данных сведений, что исключает такую оценку со стороны правоприменителя.
Статья, предусматривающая ответственность за принуждение к совершению сделки или отказу от ее совершения, нуждается также и в совершенствовании в части содержания квалифицирующих признаков. В соответствии с действующей редакцией ч. 1 ст. 179 УК РФ угроза насилием предполагает любой вид угрозы физического воздействия на человека, вплоть до угрозы лишением его жизни. По указанной причине действия лица следует одинаково квалифицировать вне зависимости от того, каким видом насилия оно угрожает: просто причинением боли, изнасилованием или убийством. Между тем за угрозу убийством, как, впрочем, и причинения тяжкого вреда здоровью человека, установлена отдельная ответственность (ст. 119, предусматривающая наказание в виде лишения свободы), что дополнительно подтверждает общественную опасность этих действий. Мы полагаем, что угроза убийством при совершении данного преступления должна быть квалифицирующим признаком и оцениваться наравне с применением насилия. При этом речь идет о насилии, не опасном для жизни или здоровья человека, в то время как применение насилия, опасного для жизни и здоровья человека, должно стать особо квалифицирующим признаком.

Законодательное определение насилия

Законодательное определение насилия, опасного либо не опасного для жизни и здоровья человека, отсутствует, несмотря на то, что эти виды насилия неоднократно используются УК РФ в качестве конструктивного, квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков. В настоящее время судебно-следственная практика при определении насилия, опасного для жизни и здоровья, исходит из трех действующих постановлений Пленумов Верховных Судов (далее ПВС) РСФСР и СССР, и, в частности, из определения насилия, которое дано в п. 4 постановления ПВС СССР от 5 сентября 1986 г. "О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности". Таким образом, насилием, опасным для жизни и здоровья, является такое насилие, которое причинило легкий вред здоровью, вред средней тяжести либо тяжкий вред здоровью потерпевшего, а также такое, которое в силу интенсивности, обстановки и характера создавало потенциальную опасность для жизни в момент причинения.
В связи с этим предлагается изложить п. "в" ч. 2 ст. 179 УК РФ следующим образом: "с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, или угрозы убийством".
В редакции ст. 179 УК РФ квалифицирующим признаком является совершение рассматриваемого преступления организованной группой. На наш взгляд, данное положение неудачно в связи с отсутствием указания на группу лиц по предварительному сговору. Это означает, что следователь или прокурор при расследовании и рассмотрении уголовного дела должен будет доказывать наличие в группе именно признаков организованности. Если же по уголовному делу такие признаки не установлены или не доказаны, но преступление совершено тем не менее группой, то привлечь преступников за групповое преступление будет невозможно. Вместе с тем совершение преступления группой всегда свидетельствует о его повышенной общественной опасности.

Преступление, совершенное группой лиц

По нашему мнению, совершение этого преступления организованной группой следует сделать особо квалифицирующим, а группой лиц по предварительному сговору - квалифицирующим признаками. В результате, с одной стороны, обеспечивается дифференциация преступных групп, а с другой - не создается дополнительных трудностей при установлении конкретных видов преступных групп.
Группа лиц по предварительному сговору в соответствии с ч. 2 ст. 35 УК РФ предполагает наличие двух или более лиц, заранее договорившихся о совершении преступления. В постановлении ПВС РФ от 27 января 1999 г. N 1 "О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)" разъясняется, что "предварительный сговор на убийство предполагает выраженную в любой форме договоренность двух или более лиц, состоявшуюся до начала совершения действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего".
В группе лиц по предварительному сговору соглашение о совместном совершении преступления достигается, по мнению В. Быкова, задолго до фактического начала его реализации, т.е. на стадии приготовления. В результате группа лиц по предварительному сговору имеет возможность спланировать совершение преступления, подготовиться к нему, распределить роли между соучастниками и т.д.(2). Согласившись с мнением ученого в принципе, отметим, что теоретически и практически предварительная договоренность о совершении преступления может быть осуществлена также и непосредственно, а не только "задолго" до его реального совершения, но до начала выполнения объективной стороны состава, а именно, до начала покушения на преступление. Поэтому, по нашему мнению, п. "в" ч. 2 ст. 179 УК РФ должен содержать в себе признак не организованной группы, а группы лиц по предварительному сговору.

Недостаток ст. 179 УК РФ

Явным недостатком ст. 179 УК РФ является отсутствие такого квалифицирующего признака, как совершение преступления с использованием служебного положения. Использование служебного положения для принуждения к совершению сделки или отказу от ее совершения значительно повышает общественную опасность данного преступления. Так, лицо, являющееся руководителем предприятия или организации либо сотрудником правоохранительного органа, может использовать для совершения этого преступления служебное удостоверение, форменную одежду, а часто и весь "административный ресурс". Поэтому ч. 2 ст. 179 УК РФ должна быть дополнена пунктом "в", предусматривающим такой квалифицирующий признак, как совершение преступления с использованием служебного положения.
В связи с этим предлагается дополнить ст. 179 УК РФ частью 3, содержащей особо квалифицирующие признаки принуждения к совершению сделки или отказу от ее совершения, а именно: совершение преступления организованной группой, а также с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, т.е. с причинением тяжкого, средней тяжести или легкого вреда здоровью либо без причинения вреда, но реально угрожающего жизни человека в момент причинения.
Существенным недостатком уголовно-правовой нормы, устанавливающей ответственность за принуждение к совершению сделки или отказу от ее совершения, на наш взгляд, является отсутствие в законе специально закрепленной возможности добровольного отказа от дальнейшего совершения этого преступного деяния.

Преступность деяния и престуление

УК РФ впервые в истории отечественного уголовного права содержит законодательную дефиницию добровольного отказа от совершения преступления. По своей юридической природе добровольный отказ от совершения преступления или доведения преступления до конца является обстоятельством, исключающим уголовную ответственность, но не преступность деяния, поскольку преступное деяние уже совершено. Законодатель, учитывая положительное послепреступное поведение, прощает лицо и рассчитывает, что в будущем данное лицо не только не совершит такое преступление, но и вообще не будет совершать уголовно наказуемые деяния.
С учетом имеющихся в литературе взглядов на данную проблему выскажем и свое мнение. Нам представляется, что добровольный отказ от преступления есть специфический обязательный и безусловный вид освобождения от уголовной ответственности, который отличается от деятельного раскаяния и иных видов освобождения от уголовной ответственности стадией, на которой окончена преступная деятельность (приготовление или покушение на преступление). В случае добровольного отказа от преступления положительное антикриминальное поведение субъекта возникает в процессе исполнения преступного деяния. Добровольный отказ от совершения преступления, как и в случае деятельного раскаяния и примирения с потерпевшим, свидетельствует о снижении общественной опасности как деяния, так и самого лица, начавшего его совершать, но прекратившего свои действия.
Сложность в признании добровольного отказа от совершения рассматриваемого преступления заключается в том, что моментом его окончания является момент совершения принудительных действий, сопряженных с угрозами, указанными в ст. 179 УК РФ. Если преступным результатом этого преступления признать совершение потерпевшим сделки или отказ от ее совершения, то между моментами фактического выполнения объективной стороны и наступления последствий преступления может быть значительный временной промежуток. За это время виновный может раскаяться в совершенном и предпринять все зависящие от него меры для предотвращения дальнейшего развития преступления, например, отказаться от своих притязаний, извиниться перед потерпевшим, загладить причиненный незначительный вред и т.д.
Добровольный отказ от совершения рассматриваемого деяния может быть и в случае юридического окончания преступления, т.е. после совершения определенных принудительных действий, направленных на понуждение потерпевшего к совершению сделки или отказу от ее совершения, при активном положительном послепреступном поведении виновного лица. Однако для этого необходимо внести соответствующие изменения в ст. 179 УК РФ, дополнив ее примечанием следующего содержания: "Если после совершения действий, направленных на принуждение потерпевшего к совершению сделки или отказу от ее совершения, сопряженных с угрозами, указанными в ч. 1 ст. 179 настоящего Кодекса, лицо отказалось от дальнейшего совершения преступления и загладило причиненный потерпевшему вред, оно может быть освобождено от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления".
Предлагаемый вид добровольного отказа имеет ряд признаков, сходных с деятельным раскаянием: во-первых, он возможен после юридического окончания преступления, во-вторых, является не обязательным, а факультативным видом освобождения от уголовной ответственности. При этом органами, уполномоченными освободить лицо от уголовной ответственности, в данной ситуации выступают суд, прокурор, а также следователь с согласия прокурора.
Данное примечание, на наш взгляд, позволит, с одной стороны, дать шанс преступнику отказаться от дальнейшего продолжения преступных действий, а с другой - правильно оценить действия лица, действительно отказавшегося от преступления.
В случае внесения в УК РФ изменений, указанных выше, санкции за совершение этого преступления также необходимо изменить. Большая разница между санкцией ч. 1 ст. 179 УК РФ (максимальное наказание до двух лет лишения свободы) и санкцией ч. 2 (от пяти до десяти лет лишения свободы) не оправдана. Лицо, совершившее это преступление даже с незначительным по интенсивности насилием, теоретически может получить наказание в виде десяти лет лишения свободы. В то же время максимальное наказание за причинение, например, побоев (из хулиганских побуждений, что невозможно при одновременном принуждении к совершению сделки или отказу от ее совершения) составляет два года лишения свободы.
В случае введения в ст. 179 УК РФ части 3 верхний предел наказания может быть оставлен на существующем уровне, а наказание за принуждение к совершению сделки или отказу от ее совершения при наличии группы лиц по предварительному сговору, применения насилия, не опасного для жизни или здоровья, угрозы убийством, а также с использованием служебного положения должно быть сопоставимым с наказанием за совершение квалифицированного вымогательства (например, от трех до шести лет лишения свободы со штрафом или без такового).
***
1 Кострова М. Оценочная лексика в уголовном законе: проблемы теории и практики // Уголовное право. - 2001. - N 2. - С. 19-23.
2 Быков В. Конструкция квалифицирующего признака совершения преступления группой // Уголовное право. - 2000
.

Скачать работу БЕСПЛАТНО, кликните по рекламе ниже и просмотрите сайты в течении 1 мин, после просмотра появится ссылка для скачивания

Другие новости