Примирение начал свободы и необходимости устанавливается над ними абсолютным принципом. В безусловной полноте его определений все взвешено и рассчитано изначально. В нем, как в абсолютном синтезе всех действий, все противоречия наперед разрешимы и устранены. Поэтому все, что ни случается, как бы произвольно оно ни было, находит здесь свое основание. Объективная предетерминация и бесконечность возможностей, вытекающих из свободы, взаимно исчерпывают друг друга. Абсолютное начало является, таким образом, абсолютным тождеством свободы и необходимости; а история есть постепенно совершающееся раскрытие Абсолютного. Этими определениями окончательно

Восставая против революционных стремлений эпохи, Гуго старался не только поддержать уважение к прошлому, но и укрепить авторитет власти. Это приводило его к отрицанию всех основ современного ему либерализма и всех утверждений старой школы естественного права. Идея первобытного договора, теория разделения властей, ограничение задач государства исключительно функцией охраны права и стоящее в связи с этим отрицание государственного вмешательства все эти учения находят в Гуго своего противника. Взамен он защищает самостоятельное и абсолютное значение верховной власти, против которой никто не может

Заключая обзор влияний, под которыми создалась историческая школа, скажу несколько слов о связи воззрений Савиньи с идеями немецких романтиков. Мы не имеем прямых доказательств для того, чтобы говорить о воздействии романтических стремлений на взгляды Савиньи. Отмечая заслуги Гуго и Мзера, основатель исторической школы нигде не упоминает о значении романтиков. Но кто не узнает в некоторых идеях его отражения романтических тенденций или по крайней мере совпадения с ними? Иные влияния действуют незаметно даже для тех, кто подвергается им. Часто известные понятия

Для подтверждения возможности философской интерпретации Тибо ссылается на существование в человеке практического разума голоса о праве и неправе, предписания которого в существенных чертах остаются всегда одни и те же. Возведенные в систему, эти предписания получают достоверность, гармонию и последовательность. Так образуется система естественного права, из которой может быть выведена правомерность каждого отдельного случая. Если положительное законодательство, рассуждает Тибо, представляет собой не продукт неразумия, произвола и своекорыстия, а результат философствующего разума или просто обыкновенного здравого разума, то непонятно, как можно

Большое недоверие к идее философской интерпретации внушает Тибо своим заявлением, что правильное философское истолкование права есть дело будущего: пока в естественном праве все находится в брожении, и ни одно положение в нем не может считаться установившимся и бесспорным. Оно должно предварительно достигнуть значительной степени совершенства; лучшие умы должны согласиться между собой относительно его существенных оснований. Менее всего возможно в настоящее время пользоваться едва созданной системой для философской интерпретации. Попытки такого рода дадут лишь оружие в руки элегантных юристов, противников философских